Хореограф Михаил Фокин сымпровизировал "Видение розы" за пару репетиций - как почти все свои лучшие работы. Кроме вдохновения, был повод спешить: для открытия очередного сезона "Русских балетов" Сергея Дягилева срочно требовалась новая короткая пьеса. Идея пришла из стихотворения Теофиля Готье: девушка вдыхает аромат розы, принесенной с шумного бала, и во сне цветок является в виде кавалера и вальсирует с ней. После премьеры в 1911 году европейские поклонницы обрывали на память тряпичные розовые лепестки с костюма Видения - его танцевала суперзвезда дягилевской труппы Вацлав Нижинский.
Спустя полвека его сестра, хореограф и участница "Русских балетов" Бронислава Нижинская, показала хореографию Фокина молодым ленинградским звездам - Наталье Большаковой и Вадиму Гуляеву. Сегодня они, знаменитые педагоги, передали "Видение розы" солистам Урал Балета. Впервые в нашем театре балет оформлен по эскизам Льва Бакста.
"Видение" открывает коллекцию балетов Фокина: в одном спектакле с ним исполняются "Лебедь", "Шопениана" и раритетный "Карнавал". Музыкальным эпиграфом этой программы служит увертюра к опере "Эврианта" Карла Марии фон Вебера. Именно музыка Вебера - вальс в форме рондо "Приглашение к танцу" - стал вторым источником вдохновения фокинского шедевра.
Если верить легенде, хореограф Михаил Фокин сымпровизировал "Лебедя" за несколько минут. Номер предназначался Анне Павловой, выступавшей в благотворительном спектакле в Мариинском театре. Звучит пьеса Камиля Сен‑Санса из "Карнавала животных": ни композитор, ни хореограф не называли лебедя "умирающим".
Павлова танцевала этот номер по всему миру, в том числе перед камерой. В 1925 году в Лос‑Анджелесе на киностудии, принадлежавшей звездам экрана Дугласу Фербенксу и Мэри Пикфорд, пленка запечатлела Павлову в образе Лебедя. На эту запись и другие архивные материалы опирались легендарные педагоги Наталья Большакова и Вадим Гуляев, они показали "Лебедя" екатеринбургским балеринам. Костюм восстановлен по одному из последних образцов, в котором выступала Павлова, - он сохранился в Музее Лондона.
"Шопениану" Фокин поставил в два приема. Во втором варианте, который известен сегодня, он убрал с подмостков крестьян, задумчивого Шопена и его галлюцинации - и за три дня сымпровизировал новую хореографию. По собственным словам, он "вернул условный балетный танец к моменту его высочайшего развития" - вместо Шопена вывел на сцену балет шопеновского времени, 1830‑х годов.
"Карнавал" был поставлен для частного вечера журнала "Сатирикон" в Петербурге. Его автор Михаил Фокин в то время был хореографом заграничной антрепризы Сергея Дягилева - и "Карнавал" стал единственным спектаклем, который Дягилев взял в репертуар, не видев.
Это балет‑пантомима: точный хореографический текст не сохранился, но Фокин оставил подробную словесную запись действия. По ней работал танцовщик и хореограф Мариинского театра Александр Сергеев. Восстановлено оригинальное оформление Льва Бакста 1910 года - "Карнавал", каким его видел восторженный Париж.
